bratgoranflo (bratgoranflo) wrote,
bratgoranflo
bratgoranflo

Categories:

Акимов Ю.Г. Северная Америка и Сибирь в конце XVI - середине XVIII в.


Очерк сравнительной истории колонизаций.       Или много колониализмов хороших и разных. В данной работе, пожалуй, впервые делается комплексный сравнительный анализ  колониального завоевания Северной Америки англичанами и французами и, соответственно, Сибири русскими.
   До сих порсложно дать однозначный ответ на вопрос – было ли покорение Урала и Сибири Русским царством аналогом колониальных экспансий других европейских государств за океаном, и можно ли считать эти территории русскими колониями? Начиная с Карамзина, характеризовавшего Ермака как: «Российский Пизарро, не менее Испанского грозный для диких народов» и считавшего, что: «Завоевание Сибири во многих отношениях сходствует с завоеванием Мексики и Перу: также горсть людей, стреляя огнем, побеждала тысячи, вооруженные стрелами и копьями» и Соловьева именовавшего сибирских воевод: «русскими Кортесами и Пизарро» имперский дискурс давал скорее положительный ответ, в правительственных кругах на Сибирь долгое время смотрели как на случайно доставшуюся колонию, видя в ней «Мехику и Перу наше» или «Ост-Индию». Думается, что подобный подход мог диктоваться, в том числе и патриотическими соображениями – в конце концов, иметь статус «колониальной империи» в 19 веке было престижно. С установлением советской власти оценка резко менялась от ярого осуждения «колониальной политики царизма» до возвращения к куда более умеренным оценкам, кратко сводящимся к тому, что от действий представителей царской администрации коренное население конечно страдало, но если бы вместо русских казаков и служилых людей пришли испанские идальго либо британские джентльмены, было бы в разы хуже.
  В рассматриваемой книге автор выбрал хронологические рамки: 17 начало 18 веков, и географические: Сибирь и Северная Америка, руководствуясь близостью политических климатических условий, в которых англичанам, французам и русским пришлось осваивать и подчинять территории с нередко весьма агрессивно настроенным населением. Сравнивая типы колониальной экспансии и установления административного контроля, автор находит больше сходства между русской и французской моделью. Если английская колонизация на восточном побережье шла «широким фронтом», что связано с хозяйственной деятельностью колонистов требовавшей освоения значительных площадей под плантации, то в Сибири и французских колониях продвижение происходило более быстрыми темпами путем основания фортов и острожков как баз для торговли с индейцами (у французов) и выколачивания ясака (у русских), правда значительная часть территории, при этом, колонизированной и подчиненной оставалась сугубо формально. Соответственно отличался и характер миграций колонистов - в Сибири и французской Канаде он был гораздо меньшей интенсивности в сравнении с английской.
Проводится параллель между сибирскими воеводами и французскими генерал-губернаторами, и если у вторых был некий противовес в лице института интендантов подчиненных непосредственно королю, то власть первых на период выполнения обязанностей была практически ничем неограниченна, что нередко приводило к злоупотреблениям, недаром, возвращавшимся из Сибири воеводам устраивали настоящий обыск с изъятием неправомерно присвоенного. Впрочем, царскую администрацию интересовало, прежде всего, стабильное поступление «ясака» и чтобы воевода не начал «государиться», учитывая  широту полномочий вполне закономерное опасение, фиксировались случаи, когда новому воеводе приходилось «сгонять» старого с помощью стрельцов и пушек.
  Отдельное внимание уделяется церковно-проповеднической деятельности на подчиняемых территориях, описывая деятельность французских миссионеров Ю.Г.Акимов отмечает: «Численность французских миссионеров в Северной Америке в интересующий нас период никогда не была особенно значительной, однако в своем большинстве это были настоящие подвижники, отправившиеся в Новый Свет исключительно по зову сердца. Этим они, конечно, от первых русских попов, в большинстве своем ехавших в Сибирь «по государеву указу» а не по доброй воле, и часто стремившихся при удобном случае вернутся обратно в Европейскую Россию». Кстати, один из моих любимых фильмов «Черная сутана» как раз посвящен миссионерской деятельности французов среди гуронов. Положительной чертой деятельности католической церкви была активная, к сожалению малоуспешная, борьба против продажи индейцам алкоголя.
 Особенно интересна градация в отношении к коренному населению колонизируемых территорий, если провести сравнение чье было наиболее гуманным, то первое место без сомнения получают французы, о которых современники говорили, что они умеют «привлекать сердца индейцев», стремящихся установить с аборигенами союзнические отношения, что было жизненно необходимо принимая во внимания слабость французских колоний в сравнении с британскими. К примеру, в 1690 году генерал-губернатор граф Фронтеак, во время встречи с гуронами, даже участвовал в ритуальной пляске с топорами и исполнением индейских песен.
     На втором месте находятся подданные Романовых – отношение к сибирским «инородцам» было лишено, каких либо расистских окрасок, что отображалось в частых межнациональных браках и вовлечении новых подданных в общую государственную структуру. Тем не менее, нельзя сказать, что процесс был совсем гладким – по мнению автора взимая ясак, русские воспроизводили модель взимания дани, которую сами ощутили на себе во время владычества ордынских ханов, отсюда многочисленные случаи откровенно грабительского и разорительного отношения к туземцам: «Даже многие выдающиеся исследователи (в том числе Е.П. Хабаров, М.В. Стадухин, ВВ. Атласов и др.) запятнали себя различными жестокостями по отношению к аборигенам; к числу же немногочисленных светлых исключений относится такая яркая личность, как Семен Дежнев».

Ну и хуже всего пришлось индейцам имевшим несчастие оказаться рядом с английскими колонистами на восточном побережье, тут они оказались, что называется «третьим лишним» между британскими переселенцами и землей необходимой для ведения плантационного хозяйства, такой себе досадной географической помехой которую старательно устраняли при первом удобном случае.
Tags: книжки, культурологическое
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments